Вера и наука совместимы? Ответ ученого

0
1
Вера и наука совместимы? Ответ ученого

4 января — день рождения Исаака Ньютона, автора не только одних из величайших открытий в области физики, но и высказываний и книг на тему веры в Бога. Почему быть ученым без веры «опасно» в эпоху современных высоких научных технологий и почему при этом верить удается одним ученым и не удается другим, «ФОМЕ в Украине» ответил член комитета по этическим вопросам и биоэтике при Священном Синоде УПЦ, доцент медицинского университета, биофизик Анатолий Егоренков.

– Как считал выдающийся врач-хирург В. Ф. Войно-Ясенецкий (святитель Лука) — а он сам — идеальный пример мировозренческого сочетания науки и религии, — современный ученый должен быть нравственен. Тем более, человек, занимающийся «высокими технологиями» (в биомедицине, в военных технологиях и т. д.), должен быть сверхответственен и сверхнравственен. А это невозможно без прочной религиозной основы, без понимания веры как высшего смысла человеческого существования. Иначе будет как в известной евангельской притче: если слепой поведет слепого, то оба упадут в яму. Если ученый, у которого нет веры в высшие смыслы бытия, изобрел какую-то новую технологию, особенно если она влияет на природу человека, то без веры он и сам «упадет в яму», и других «потащит»*.

Но каждый приходит к вере по-разному — кто-то через ум, кто-то через сердце. Кроме того, в науке очень легко увлечься чисто прагматическим результатом: хочется что-то изобрести, что-то сделать, и нравственный смысл этого уходит на второй план. Происходит как в спорте: все «выше, быстрее, сильнее». А вот ощущение высшего смысла теряется в пылу борьбы за результат и гонки за научный приоритет и авторское право.

А правильно воспитывать студентов для занятия наукой проблемно, особенно сегодня, в эпоху глобализации и трансгуманизма, когда некоторые ученые начинают сводить природу человека сугубо к физико-химическим процессам (вплоть до цифровой записи сознания). Так проще для формирования человека-«винтика», потребителя и владельца кредитной карточки. Этой проблемой занимается и современная биоэтика, которая пытается «обратить» внимание ученого на высшие смыслы, пускай ещё не религиозные, но и не сводимые сугубо к инструментальным методам науки или социальной инженерии.

 

В среде ученых известна фраза Франсуа Рабле: «Наука без нравственности опустошает душу». А святитель Лука писал: «…Знания морального порядка, обязывающие нас к подвигу, риску и жертве, требуют полной веры: ибо плоха та нравственность, к которой мы относимся не религиозно (само собой разумеется, что и религия, которая не нравственна, не есть религия). Только религия дает нравственным нормам нормальную, абсолютную санкцию…»

О нравственном поведении ученых говорится и в принятом несколько лет назад Этическом кодексе ученого Украины. Но под нравственностью часто понимают формальные вещи: не хорошо заниматься плагиатом или подтасовкой экспериментальных данных, вписывать себя безосновательно в соавторы и пр. И не больше.

Вот и Исаак Ньютон как раз был примером человека, который сочетал занятие наукой и религиозную веру. Поэтому иногда на занятиях со студентами я переиначиваю фразу из известного культового фильма «В чем сила, брат?» в шуточную фразу: «В чем сила? Ты думаешь в деньгах? Нет — в Ньютонах». Здесь есть свой подтекст.

И таких исследователей было много — святитель Лука в книге «Наука и религия» приводит огромный список ученых — от И. Кеплера, И. Ньютона до наших современников.

Тот же академик Иван Павлов и знаменитый украинский офтальмолог, основатель института офтальмологии в Одессе Владимир Филатов были очень верующими людьми, и это давало им силы и смысл занятия наукой, нравственную основу их научного служения людям.

Кому-то удается и без смысла работать. Как боксер — вышел на ринг, поколотил своего коллегу, получил деньги и доволен. Но есть люди, которые ощущают жажду высшего смысла, а есть те, кто ее не ощущает. Наверное, это зависит от разных, в том числе и образовательно-воспитательных факторов.

Проблемой формирования указанных смыслов у будущих ученых (студентов) может заниматься и Церковь. Но настоящих миссионеров, профессионально подготовленных в разных науках и способных говорить на языке, который воспримут ученые, очень мало. А люди сегодня настолько запутаны или даже «мозаично- информированы», что говорят: «Он не специалист в том-то и том-то… Он не знаком с информацией из “Википедии”. Мы его слушать не будем». Поэтому современному миссионеру нужно быть и медиком, и физиком, и лириком одновременно. Или святым, который обладает бесспорным авторитетом общества. В любом случае долг миссионера — зародить у будущего «творца высоких технологий» сомнения в его абсолютном понимании последствий внедрения этих технологий в реальность. Помните, как говорил герой романа Г. Уэлсса «Остров доктора Моро» врач-исследователь о том, что его не интересуют последствия его хирургических экспериментов превращения обезьян в людей?

Для современного ученого это очень опасная позиция. Опасная именно для нас с вами, для общества. И другого варианта для нашего времени, кроме религиозного понимания сути бытия и ценности человеческой жизни, я лично не вижу.

 

* Можно вспомнить о нравственных переживаниях руководителя американского атомного проекта Р. Оппенгеймера или о муках совести физика-академика и учасника советского атомного проекта — А. Сахарова.

 

comments powered by HyperComments